Конкурс сказок «Сказка для родных и любимых»

Давным-давно, на берегу великого Амура, где тайга подступает к воде и шепчет что-то деревьям на ветру, жил мальчик по имени Ака, он был нанайцем — из тех детей, что растут вместе с рекой и лесом. Ака был невысоким, жилистым, с тёмными глазами, в которых отражалось небо. Руки у него были маленькие, но цепкие — настоящие руки будущего охотника и мастера. Ака рос, и с каждым годом забот становилось больше. С шести лет он уже ходил за водой. Утром, когда туман ещё лежал на реке, как серое одеяло, Ака собирал сушняк для костра. Он знал, какие ветки горят ярко, а какие дымят и капризничают. Сухая лиственница потрескивает весело, как будто рассказывает сказку. Берёза горит жарко, но недолго. А ива годится только для малого огня — для того, чтобы сварить уху, а не для того, чтобы греться всю ночь. Потом он учился ставить палатку — сооружать из прутьев тальника летний шалаш. Каркас гнётся, как живой, и покрывается полотнищами бересты, сшитыми аккуратными стежками. Ака старался: пальцы у него были ещё слабые, береста резалась неровно, но дедушка не торопил. Однажды они шли по звериной тропе, и дед показал ему след.
— Кабан, — сказал Ака, приглядевшись. — Вчера прошёл. Здесь лёг — видишь, примята трава? Дед кивнул, и Ака почувствовал гордость — тихую, не громкую. Он умел читать следы, как другие дети читают буквы. Но в тот же день случилось то, чего Ака не забудет никогда. Они возвращались к стойбищу, и вдруг Ака услышал тихий звук — словно кто-то плакал. Он остановился.— Деда, слышишь? Дед тоже прислушался. Потом кивнул: — Иди, посмотри. Только осторожно. Ака пошёл на звук. Под старой пихтой, в яме от вывороченного корня, сидел маленький медвежонок. Он был один — мама-медведица, видно, ушла, и он заблудился. Медвежонок смотрел на Аку круглыми испуганными глазами и тихо скулил. Ака замер. Он знал: медведь — самый почитаемый зверь у нанайцев. По верованиям его народа, медведь — родственник человеку. Обидеть медведя — великий грех. Но и подойти к медвежонку было опасно — вдруг медведица вернётся и решит, что мальчик хочет причинить вред её медвежонку.— Деда, — прошептал Ака, — тут медвежонок. Один. Дед подошёл, посмотрел и долго молчал. Потом сказал: — Медведица не вернётся. Видишь, следы уходят к реке и не возвращаются. Она ушла на тот берег. Если медвежонок останется один — пропадёт. Ака посмотрел на медвежонка, и сердце у него сжалось. Маленький, мокрый, дрожащий — совсем как он сам, когда однажды заблудился в тумане на реке и не мог найти дорогу домой.— Деда, мы поможем ему?
Дед посмотрел на внука долгим взглядом.— Можно, — сказал он наконец. — Но помни: мы не забираем его себе. Мы помогаем ему найти мать. Чужое не берём — это закон. Но и мимо чужой беды не проходим — это тоже закон. Они соорудили рядом с пихтой навес из веток, чтобы медвежонку было теплее. Ака нарвал мягкой травы и подложил ему.. Медвежонок сначала боялся, а потом, когда Ака тихо заговорил с ним — просто и ласково, как говорят с маленькими, — принюхался и лизнул ему руку шершавым языком. Три дня они приходили к медвежонку. Ака приносил ему рыбу — мелкую, варёную, чтобы не подавился. На третий день дед сказал: — Сегодня поведём его к реке. Медведица, если жива, услышит его рев. Они находят друг друга по зову. Ака шёл медленно, и медвежонок ковылял рядом — неуклюжий, смешной, переваливаясь с боку на бок. У воды Ака присел и запел — тихо, простую мелодию, которую мама пела ему перед сном. Медвежонок замер, прислушался. А потом с другого берега, далеко-далеко, донёсся ответный зов — низкий, глухой, сильный. Медведица шла к ним. Ака и дед отошли. Медвежонок побежал к воде, споткнулся, встал, побежал снова. На мелководье его встретила большая тень — мать. Она обнюхала малыша, обняла лапами, и они вместе ушли в тайгу.— Хорошо сделал, внук, — сказал дед. — Не каждый день можно вернуть ребёнка матери.
Перед сном он лежал на тёплых нарах, слушал, как Амур тихо несёт свои воды, и думал: а вдруг завтра снова кому-то понадобится помощь? Надо быть готовым.

И с этой мыслью он засыпал — спокойно и крепко.

А на другой стороне тайги, в глухой чаще, медведица с медвежонком тоже спали.

А река всё текла. И огонь, который Ака научился разжигать, не гас.

Пэдэм энуру — так говорят нанайцы, прощаясь. Это значит «до свидания». Но в этой сказке это значит другое: до новых добрых дел, до новых историй у костра, до нового утра, когда ты проснёшься и подумаешь: кому я сегодня помогу? Спокойной ночи, маленький слушатель. Пусть тебе приснится тайга, река и тёплый костёр, который не гаснет.